Современный человек вовсю пользуется плодами прогресса собственного вида: нас издавна не преследуют хищники, поиски еды и иных вещественных благ стали куда более прогнозируемыми, а длительность жизни значительно возросла. Но не много кому может придти в голову идея, что даже у эволюции есть своя стоимость. В собственном новеньком исследовании сотрудник Института эволюционной антропологии общества Макса Планка Филипп Хайтович показал, как за огромные успехи вида в целом приходится горько рассчитываться отдельным его представителям, ведает SmartMoney.
За недолгое время способности людского мозга возросли неоднократно. Но хотя сами результаты эволюции полностью явны, предпосылки, сделавшие вероятным таковой прогресс, не так просто установить. В нелегком деле поиска генетических основ ума Хайтович и его коллеги направили свое внимание на шизофрению — болезнь, поражающую не просто мозг, а именно разум.
Связанные с душевным расстройством гены оказались как раз теми, над которыми идеальнее всего поработала эволюция. Все указывало на то, что ученым удалось нащупать генетические особенности, которые определяли нормальную работу человеческого интеллекта.
Результаты Хайтовича свидетельствуют о том, что со своим прогрессом человечество поспешило. Так, по крайней мере, считает сам ученый. Делая мозг человека все сложнее и сложнее, природа не особенно заботилась о цене этого полезного инструмента. Стремительно развивающийся мозг требовал лучшего питания, в то время как возможности организма за этими запросами просто не поспевали. В результате гонки за интеллектом мозг современного человек разумный работает на пределе своих возможностей. Существование шизофрении Хайтович считает прямым последствием такой перегрузки.
Ученый не предлагает ждать миллионы лет, пока энергетические возможности мозга сами догонят вырвавшиеся вперед потребности. Если гипотеза о центральной роли обмена веществ в возникновении шизофрении окажется верной, это будет означать, что теоретически при помощи специально подобранных препаратов или даже диет болезнь можно вылечить, — говорит Хайтович. Правда, для того, чтобы такие методы лечения заработали, предстоит еще почти во всем разобраться. В науке, как и в эволюции, главное — это время.
